Философия

Icon of St John of Kronstadt

Св. Иоанн Кронштадский: «Злоба наша не одолеет неизглаголанной божественной благости и милосердия.»

Наш опыт, т.е. опыт иностранцев, ставших основателями благотворительного фонда в России, оказал глубокое влияние на философию ROOF. Со временем нам стало ясно, что нужно стремиться работать в согласии с исконно русским мировоззрением и отношением к благотворительности. Для нас эта основа — православная культура благотворительности, суть которой — в готовности переступить разделяющие людей границы и решиться принять страдания вместе с теми, кого мы призваны утешать. Юлия Казарина (Julia de Beausobre), русская, которая вынуждена была покинуть Россию и уехать жить в Англию, в своем вдохновенном размышлении о различии русской и английской традиций благотворительности (1940 г.) объясняет, что в России невозможна благотворительность “в широком масштабе”, “с сохранением сословных разделений”. Добро “делается человеком человеку; не участием в организациях и подписках, а полной отдачей себя другому, ведь главная цель у русских  —  не покончить с нищетой формально и поверхностно, а помочь человеку преодолеть душевную боль и нищету разума”.

Сейчас, спустя 70 лет, легче понять, что та культура благотворительности, о которой говорит Юлия Казарина, не просто русская — она естественна для человеческого рода как такового и полностью соответствует православному взгляду на мир. Однако любая стратегия благотворительности, отдающая советской ментальностью, не менее далека от подхода, который Юлия Казарина называет русским, чем отношение, принятое в западных неправительственных организациях.

Ныне мы являемся свидетелями битвы за душу русской благотворительности. Участники этой битвы с одной стороны — русские и нерусские люди, предлагающие решение вопросов “в широком масштабе”, “с сохранением сословных разделений”, а с другой стороны — русские и нерусские люди, несущие в сердце сострадание к ближнему, которое заставляет их принимать деятельное участие в жизни страждущего. Та же великая битва за душу русской благотворительности идет в сердце каждого из нас; я либо испытываю жалость к обездоленным, либо я готов служить им и принимать их служение мне, считая это отношениями равных, в которых и я, и они открыты друг другу и готовы меняться по мере развития отношений.

Наша 15-летняя история, с ее испытаниями и ошибками, научила нас тому, что масштабные стратегии и вообще все стратегии, основанные на формальной системе, а не на личности человека, не пускают глубоких корней. Такие программы действуют несколько лет и угасают, когда иссякает финансирование или по какой-либо причине устраняется организационный принцип. И наоборот, семена глубоких личностных взаимоотношений сохраняются и прорастают, обретают собственную жизнь и дают жизнь другим. Быть проводником этой жизни — великое благословение божие, несущее в себе и боль, и огромную радость, и подлинную свободу. Поэтому ныне ROOF сознательно стремится к личностному подходу в благотворительности.

Для верующего нет ничего невозможного, живая непоколебимая вера вмиг может совершить великие чудеса. Впрочем и без нашей искренней и твёрдой веры совершаются чудеса, таковы чудеса таинств, ибо тайна Божия всегда совершается, хотя бы мы были и маловерны при её совершении или неверны; неверие наше Божией веры не упразднит [ср. Рим. 3, 3], и злоба наша не одолеет неизглаголанной божественной благости и милосердия, наша глупость — Божией премудрости, наша немощь — Божия всемогущества». — Св. Иоанн Кронштадтский

Соответствующий отрывок из книги Юлии Казариной (Julia de Beausobre), можно прочесть на английском на странице «Approaches to Philanthropy.»